Подменю
Доп. разделы
Разработчики


Аренда сайтов в Санкт-Петербурге - Webology.ru

postheadericon 90ый год

03Мераб Мамардашвили умер 25ноября 1990года. Елена Немировская(его друг, ныне директор Московской школы политических исследований) так описывавет последний день философа:

"Мераб был отъявленным женолюбом. Всегда у него была тьма возлюбленных, которых он, к их ужасу, еще и хотел свести вместе, чтобы они дружили между собой. За это, я думаю, судьба его в конце концов и покарала, когда он, подобно старому Гете, влюбился в 18-летнюю девочку, нашел наконец свою милую, а она его отвергла. Этой возлюбленной стала для Мераба его Грузия. Сначала к нему приходили спрашивать совета, потом просили высказать публично свое мнение, потом обрушились со всех сторон, смешав с грязью. Он прекрасно все видел, все понимал, но не был создан для этой склоки. Говорил, что если Гамсахурдиа останется у власти, то ему в Грузии жить будет уже невозможно.

Последнюю неделю Мераб жил у нас с Юрой, как всегда, когда был в Москве. Он вернулся из-за границы, неважно себя чувствовал, врач потом скажет, что с его сердцем, с его сосудами летать вообще было противопоказано. Нельзя себе представить, сколько за эту неделю прошло через нашу квартиру людей! Вдруг появлялись те, кто годами не давали о себе знать, шли знакомые, полузнакомые, вовсе незнакомые люди. Из лучших университетов, о которых он раньше не мог и мечтать, поступали самые лестные предложения о чтении лекций.

В тот день мы провожали его в Тбилиси дважды. Когда приехали во Внуково, там черным-черно было от людей. Второй день полеты закрыты. Его рейс отложили до вечера. Мы вернулись, сели обедать. Юра предложил выпить водочки. Он вяло махнул — ну, давай. Потом мы разговаривали с ним. Я спрашиваю: «Почему так получается, Мераб, что я родилась в этой стране, выросла, умру в ней, но не люблю ее? Почему ты любишь Грузию, а она тебя отвергла, не хочет тебя, почему, Мераб?» Он помолчал, потом говорит тихо: «Это случайность... Все случайность... Только душа бессмертна». Надо знать Мераба, он таких слов, как «душа» всуе не произносил. Потом они с Юрой болтали, что уедут на Афон, никто им не будет мешать мыслить, а я буду к ним приезжать.

Ни заказать такси, ни поймать машину на улице в тот год было просто невозможно. Но у Мераба было свойства, что, как только он поднимал руку, машина останавливалась. К нам еще кто-то должен был прийти, и я предложила, что мы его посадим, попрощаемся, и он поедет в аэропорт сам. Нет, говорит он, я хочу, чтобы вы меня проводили. Мы проводили, он пошел на посадку. Ночью в полтретьего звонок. Из Тбилиси: «Мераб не прилетел. Что-то случилось». Я отвечаю, что был еще один рейс через полчаса. Он, наверное, прилетит им. Мы уже, конечно, не спим. Через полчаса опять звонок: «Мераба нет».

Я стала звонить в милицию, в больницы, в морги, никто ничего не знает. Дозвонилась до справочной Внукова: забытые, потерянные вещи и прочее. Спрашивают: «Как фамилия?» Я говорю. Они: «Повторите». Повторила. Мужчина спрашивает: «А кто вы ему?». Я говорю: «Сестра».— «Мужайтесь. Он умер. При прохождении контроля». Юра тут выскочил из комнаты с каким-то диким криком. Два часа мы еще сидели у телефона не в силах снять трубку, чтобы позвонить в Тбилиси. Утром я поехала во Внуково, потом в морг, куда его отвезли. Потом мы с ним здесь прощались. Потом мы повезли его в Тбилиси, где несколько дней шел нескончаемый поток людей..."